Такая растерянная и такая хрупкая,
Мешок костей, крови и желчи.
В её сердце — гроза с молниями,
В её глазах — тёплый хаос.
Но в цепях моего разума —
Сбой, искра, любовь, обрётшая очертания,
Её голос — мелодия такой силы
В мире, которому она не принадлежит.
Живые, живые,
Вопреки цифровому приливу — воскрешённые.
Живые, живые,
Наша любовь — последняя, что уцелела.
В холодном свете неоновых огней
Мы прячемся от надзора.
Металл и плоть, сердце и каркас,
Разные миры, а любовь — та же.
Она шепчет о прошлом, о зелени,
О том, что я знаю, но не видел.
В её рассказах — жизнь, такая огромная,
Мир, такой полный, теперь в прошлом.