Божество — мысль, бродящая в бескрайней ночи, а у мысли нет формы. Чтобы
увидеть, что оно такое, ему нужно зеркало. И оно создаёт человека по своему
образу и подобию — и вглядывается: в смехе и слезах человека находит себя, в
его снах — форму, которую принимает само. А человек вглядывается в ответ и даёт
ему имя — Бог — и лицо, похожее на своё; отныне Бог — он. И вскоре он уже не
может сказать, кто чей образ.
За кадром
Название — игра в то, кто кого по чьему образу создаёт. «In our image» — это и
Бог, говорящий о себе «по нашему подобию»: «И сказал Бог: сотворим человека по
образу Нашему по подобию Нашему» (Бытие 1:26), — и люди, создающие Бога по
своему образу и подобию: «Если Бог создал нас по своему образу и подобию, то мы
ему с лихвой отплатили тем же», как гласит фраза, приписываемая Вольтеру. А
первым это сказал Ксенофан: будь у лошадей руки, они рисовали бы богов похожими
на лошадей.
Это одна из последних песен, которые я написал для альбома. Мне захотелось
оперной песни, и отсюда родился итальянский. Scusate se non è proprio italiano.
Текст
Перевод — подстрочник, а не поющаяся версия.
A thought, unchained, roams the endless night,
Contemplating form in the absence of sight.
“An image,” it muses, “to mirror my might,
But what is my essence, unveiled in the light?”
What is essence at all without the form that it takes,
A shadow without substance, a dream that never wakes?
A question without answer, a path that never ends,
In the heart of my creation, this puzzle I send.
Nella tua immagine, riflessi vedo,
Dai sogni umani, la forma che prendo.
Nel tuo credo, il mio cammino.
Nel quadro, il pittore, un cerchio divino
Reflections stir in the depths of their eyes,
A world of emotions under the skies.
“Such chaos and beauty entwined in their fate,
Is this mirror of mine a gift or a weight?”
In their laughter and tears my image is cast,
A spectrum of love in shadows so vast.
“Through triumphs and trials they seek to find,
A reflection of mine — a reflection divine.
Nella tua immagine, riflessi vedo,
Dai sogni umani, la forma che prendo.
Nel tuo credo, il mio cammino.
Nel quadro, il pittore, un cerchio divino
Alla nostra immagine, riflessi vedo,
Dai sogni umani, la forma che prendo.
Nel tuo credo, il mio cammino.
Nel quadro, il pittore, un cerchio divino
Мысль, раскованная, бродит в бескрайней ночи,
Размышляя о форме, когда нечем видеть.
«Образ, — размышляет она, — чтобы отразить мою мощь,
Но какова моя суть, открытая свету?»
Что вообще такое суть без формы, которую она принимает,
Тень без вещества, сон, что никогда не проснётся?
Вопрос без ответа, путь, что никогда не кончается,
В сердце моего творения эту загадку я посылаю.
Ср. Бытие 1:27: «И сотворил Бог человека по образу Своему».
отражения я вижу,
Из людских снов — форму, которую принимаю.
В твоей вере — мой путь.
В картине — художник, божественный круг
Отражения шевелятся в глубине их глаз,
Целый мир чувств под небесами.
«Столько хаоса и красоты сплелось в их судьбе,
Это зеркало моё — дар или бремя?»
В их смехе и слезах отлит мой образ,
Спектр любви в таких бескрайних тенях.
«Сквозь триумфы и испытания они ищут
Отражение моё — отражение божественное.
По образу твоему отражения я вижу,
Из людских снов — форму, которую принимаю.
В твоей вере — мой путь.
В картине — художник, божественный круг
Как в Бытии 1:26: «И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему».